no subject

Так вот и думаешь – нет, никогда, больше ни шага, ни вздоха, ни слова… пыль, зеркала и гнилая вода – грани сменяются снова и снова. Это не то, что когда-то давно было начертано нам на ладони. Символы, знаки, немое кино. Дерево лист тот же самый уронит. Если бы вдруг, не смотря ни на что, лёд растопился в испуганном сердце – я бы сожгла свой измятый листок: будет достаточно, чтобы согреться.

(c) Clair Argentis, 2009

no subject

Прямых ответов не будет - таковы правила игры.
Возможно, это печально - для того, чтобы уйти, мне не нужно спрашивать чьего-то мнения. Я могу и прийти, не спросясь, но что поделать, если мне вполне достаточно того, что есть у меня внутри.
Всё складывается так, потому что я стремлюсь к этому, или я просто умею радоваться тому, что есть?
Извращённое удовольствие от ухода порой перекрывает что-то ценное; я как-то чувствую это, или догадываюсь, поэтому на самом деле ухожу редко.
Вот что получается! Что бы мы не делали - бесконечное разнообразие действий не меняет ничего; но единственный пласт, подверженный влиянию наших действий - внутренний. Но поскольку его и так не видно...
Как интроверт, я считаю это внутреннее самым важным, и возможно - определяющим. Я слишком много видела внешних действий и их последствий. Любое действие можно совершить один-единственный раз. Попытки повтора - фальшь.
Вот ведь интересно... некоторые миссии возможны в определённом состоянии сознания. Как только это состояние уходит - в механизме миссии что-то необратимо ломается.
На самом деле, совершенно неважно, буду ли я говорить о своих изломах - потому что и в них я ориентируюсь исключительно на себя, а остальным отводится скромное место зрителей.
У меня есть моя пустота (или я у неё?), у меня есть моя бездна - наедине с собой я смотрю на этот мир, иногда теряя слова от непостижимых его загадок.